2. Доступ к основной массе таких 3 страница

Предлагаемая читателю книга основана преимущественно на результатах этой самой поездки. Точнее: трехнедельного марш-броска почти через весь Египет – от Александрии до Асуана – съемочно-исследовательской группы, которая состояла из достаточно странной, но, следует признать, весьма удачной «смеси» гуманитариев и технарей от простых «людей без звания» до докторов наук. Группы, имевшей «легенду прикрытия», которая позволила получить официальный статус и – главное следствие этого статуса – доступ к таким объектам, которые ныне просто закрыты для съемок и вообще для туристов.

Последующие поездки были уже не столь масштабными. Хотя и нельзя сказать, что они были менее плодотворными по собранным материалам, но все-таки основной задел положила именно та самая экспедиция 2004 года – см. Рис. 1-ц (здесь и далее буква «ц» после номера рисунка означает его расположение на цветной вставке).



Рис. 1-ц. Участники египетской экспедиции у пирамид на плато Гиза (октябрь 2004)

То, что мы увидели, поразило не только тех, кто отправился в экспедицию, до сих пор совсем не интересовавшись Египтом, а тем более – какими-то альтернативными теориями о его древней истории. Даже те из нас, кто был готов к встрече со «странными» фактами, никак не вписывающимися в официальную версию, мягко говоря, были удивлены обилием таких фактов, а главное – полным отсутствием где-либо информации о них; даже в книгах, поддерживающих альтернативные версии!..

Общие выводы, на которых сошлись участники экспедиции, вкратце можно сформулировать следующим образом:

1. Цивилизация Древнего Египта периода фараонов строилась на руинах гораздо более древней очень высокоразвитой цивилизации, уровень которой даже превосходил наше современное общество. Фараоны лишь «присваивали» себе то, что осталось от их величественных предшественников, местами что-то достраивая, что-то реконструируя или реставрируя. Но методы этой «достройки» (как и ее результаты) – явно примитивные и не идут ни в какое сравнение с более древними сооружениями. И фактов, свидетельствующих об этом так много, что весь Египет ими буквально кишит.

2. Доступ к основной массе таких фактов закрыт. Туристические маршруты проложены таким образом, чтобы максимально обойти места, где наличие этой древней цивилизации становится просто очевидным. Хотя порой достаточно сделать лишь несколько десятков шагов в сторону.

Места эти объявлены зоной археологических раскопок (хотя никаких реальных следов раскопок в подавляющем большинстве случаев там нет), и под этим предлогом запрещены видео и даже фотосъемки. На все требуется специальное личное (!!!) разрешение Захи Хавасса – главы египетского Комитета по Древностям.

(Да здравствует местная коррупция, многократно превышающая нашу и пока позволяющая эти запреты обходить. Хотя и не бесплатно…)

3. Режим запрета постепенно и заметно усиливается. Многие объекты, доступные для любого туриста буквально пару лет назад, ныне закрыты. Даже Каирский Музей открыт только для осмотра – там уже запрещены не только видео, но и фотосъемки, а на входе установлен режим тщательного досмотра!

4. Очень широкими масштабами ведется так называемая «реставрация», по сути представляющая собой реконструкцию (т.е. изменение!). Под лозунгом заботы о туристах осуществляется мощнейшая переделка исторических памятников. Новодел на каждом шагу, и даже особо не скрывается. За ним порой уже трудно определить истинный вид объектов до «реставрации».

5. Все это производит впечатление весьма четко скоординированной деятельности, направленной на сокрытие доступа к информации о древней цивилизации. И как не претит идея каких-либо «заговоров», но буквально все участники экспедиции постоянно к этой идее возвращались.

(Гораздо чаще в жизни все обходится без реальных заговоров или даже централизованных директив. Кто-то предпочитает молчать, не желая рисковать своей научной карьерой; кто-то стремится к более высокой и более доходной должности; кто-то просто делает свой небольшой бизнес на ограничении доступа к информации и т.д. и т.п. А в целом все выливается в некую «негласную договоренность», нередко вообще не проговоренную… С чем именно мы имеем дело в Египте – однозначно сказать трудно. Скорее всего, хватает и того, и другого, и третьего…)

Может показаться, что автор слишком уж в черных тонах представляет ситуацию с доступом к информации в Египте. Но, увы, дело обстоит именно так. Даже по сравнению с уже упомянутыми «годами застоя», с которыми автор знаком не понаслышке, цензура в Египте очень сильная. А в области, которая касается древней истории, – одна из самых сильных.

Более того, по египетскому законодательству, проведение любых научных и исследовательских работ, связанных с древней историей, может проводиться только с разрешения Комитета по Древностям. В реальности же это выливается не только в то, что во главе всех сколь-нибудь значимых работ неизбежно оказывается лично Захи Хавасс, но и в сильнейший контроль за содержанием как самих работ, так и освещением их результатов.

Достаточно вспомнить хотя бы ту обструкцию, которую Хавасс устроил в 2003 году автору сообщения об идентификации одной из мумий с царицей Нефертити – Джоан Флетчер. Какими только словами он ее не поносил в открытой прессе. То объявлял ее полным дилетантом, то грозил из-за нее закрыть доступ к археологическим работам всей французской миссии. И даже после того, как он встретил все-таки отпор со стороны мирового научного сообщества, Хавасс хотя и попытался смягчить ситуацию, остался на своем и пытался оправдать свое поведение, хоть и совсем неуклюже. Вот фраза из его официального заявления в газете «Аль-Ахрам» (авторизованный перевод Н.Королевой, сайт Ассоциации МААТ): «Согласно Закону о Древностях все открытия должны публиковаться только через Высший Совет по Древностям. Однако, Флетчер проигнорировала Высший Совет по Древностям и сделала заявление напрямую журналистам всего мира, что является прямым нарушением египетского законодательства».

Дата добавления: 2015-08-28; просмотров: 5 | Нарушение авторских прав


5463109746320239.html
5463144245114278.html
    PR.RU™